ФАШИЗМ И УКРАИНСКИЙ НАЦИОНАЛИЗМ ( 30-те гг.)

Главная - Украиноведение - ФАШИЗМ И УКРАИНСКИЙ НАЦИОНАЛИЗМ ( 30-те гг.)

По мнению Александра Мотыля, общими для фашизма и украинского национализма были следующие идеи: глорификация наций и государства; вечная борьба как смысл жизни; возвеличивание милитаризма и империализма; воля и вера как движущие силы истории; акция как способ решения всех проблем; нации как живой организм; отдельное лицо и социальный класс как органические части наций; абсолютное отбрасывание марксизма и коммунизма; благосклонность к государственно-регулированному капитализму; подчинение социальных конфликтов национальному единству и регулирование классовой борьбы; авторитарное, иерархическое и корпоративное государство и социальная структура; тоталитарная национальная идеология; тоталитарная политическая элита [37].

К этому перечню общих идей можно прибавить еще две общие организационные основы: вождизм (Fuehrerprinzip) и милитарний принцип построения партии (партия-армия), наиполнее воплощенный в структуре УВО-ОУН. Итак, украинский интегральный национализм в самом деле имел немало общего с фашизмом, и их отождествление не является целиком безосновательным. Идеология ОУН полностью отвечает и шести пунктам “фашистского минимума”, сформулированного Ернстом Нольте (антимарксизм, антилиберализм, антиконсерватизм, принцип вождизму, партия-армия, тоталитаризм как цель), и некоторым другим визначеннямфашизму.

Большинство существующих дефиниций и типологий фашизма трактуют его как крайнюю форму национализма. Тем не менее они, как правило, игнорируют фундаментальное отличие между двумя видами национализма - национализмом государственных наций и национализмом безгосударственных наций, хотя ее подчеркивали теоретики и практики национального вопроса еще в 20-х годах.Так, Макс Гайдман в 1921 г. выделял в отдельный тип национализм угнетенных народов, противопоставляя его запобижницькому или престижницькому национализму народов государственных [38], а Владимир Ленин в 1922 г. призвал своих однопартийцев отличать национализм наций угнетающей и национализм наций угнетенной [39]. Подобным чином и в современной типологии национализма Ентони Смита отдельно рассматриваются “движения перед получением незалежности” и “движения после получения незалежности” (с последними исторически связанный фашистский национализм) [40].

Очевидно, что при таком подходе фашизм и украинский национализм всегда оказываются в разных клетках типологичнихсхем.

На засадничу отличие между украинским интегральным национализмом и фашизмом еще накануне создания ОУН обратил внимание Е.Онацький. Он писал: “Немало украинских националистов начало называть себя охотно украинскими фашистами и искать поддержки у итальянских фашистов. Они не добачали, что между украинским национализмом и итальянским фашизмом лежит непереходная прирва, которую может заполнить недостаток время и упрямая упорная работа... Фашизм является национализмом наций государственной, вражеской любым иридентам, готовой всех и вся принести в жертву культу своего уже созданного государства. Украинский национализм есть, наоборот, национализмом наций негосударственной, что только живое иридентизмом и готов принести всех и вся в жертву для зруйновання культа тех государств, которые не дают ему жить” [41]. Онацький в самом деле указал на важное отличие между двумя идеологиями: фашизм был средством организации уже существующего государства, тогда как украинский национализм прежде всего был средством получения государства

Итак, украинцы не могли быть настоящими фашистами, поскольку не достигли того, что делало фашизм возможным - государства. Украинский интегральный национализм мог бы превратиться в форму фашизма лишь в случае завоевания государственной незалежности. Другое отличие, которое вытекало с первой, - разное понимание соотношения между нациями и государством. В одной из своих речей в 1924 г. Муссолини заявил: “Без государства нет наций. Существуют только сосредоточение людей, которые зависят от всех обстоятельств, которые может им набросить история”. А в статье “Доктрина фашизма” он писал: “...Для фашиста все содержится в государстве, и вне государства ничего ни человеческого, ни духовного не существует, и тем паче не имеет ни одной вартости. В таком понимании фашизм есть тоталитарным... Не нации создает государство, как это твердит устаревшая натуралистическая концепция, которая служила основанием публицистики национальных государств XIX столетие. В самый раз наоборот, государство создало нации. Именно она наделила волей, а итак фактическим существованием людность, которая осознала свое моральное единство” [42]. Такую концепцию не могли полностью принять украинские националисты, которые не имели своего государства, но верили у существования украинской наций. Вот потому Сциборський, принимая фашистский культ государства, делал замечание: “Факт существования нации непозарез предопределяется ее государственной независимостью (бывают и негосударственные нациям, с таких нарази есть и Украинская Нации)” [43]. Оунивськи публицисты подчеркивали, что государство е лишь найзручнишою формой национальной жизни, а не абсолютной ценностью самая по себе [44].

Это теоретическое отличие подчеркивал и О.Мотыль. “Естественно, если кто-то игнорирует эти засновки как неважные и зосереджуеться только на факте, который оба движений были антимарксистскими и авторитарными (как мог бы сделать Ернст Нольте), он может сделать вывод, который украинский национализм был на самом деле формой фашизма. Однако, если последний срок должен иметь какое-то точное значение, а не просто рассматриваться как синоним тоталитаризма (в марксистской или антимарксистской разновидности), то это фундаментальное философское расхождение относительно отношения наций и государства есть определяющему для отношения между национализмом ОУН и фашизмом” [45].