Гибель и восстановления неоценимых сокровищ

Главная - Архитектура - Гибель и восстановления неоценимых сокровищ

Факты эти общеизвестные.

Итак ком, спрашиваем мы, может быть полезным уничтожение памятки борьбы украинского народа за национальную свою самобытность, этого символа огрому его организационных способностей, выявленных в той борьбе, этого выразительного свидетеля бывшей культурно-исторической славы и роли Киева? [...]

"Вредительская", в глубоком и окончательном понимании, природа этого руйнницькой действия подчеркивается исключительными художественными стоимостями исчезнувшего исторического здания. В профессиональной литературе по этому вопросу нет двух поглядив.

Как ишлося раньше, одновременно с Братским монастырем разрушено и так называемый Вийськово-Микильський собор на Печерске. Странная судьба этих двух зданий. В одни и те самые года их сооружено, в один и тот самый год они и погибли. И еще более странная злость сокрушителей. Две первостепенные, родственные одна из одной архитектурные памятки. Одну высаживают у воздуха. Тем более, казалось бы, оснований сохранить хотя бы другу. Технических преград к этому быть не могло, поскольку здания стояли в разных частях города на расстоянии нескольких километров одна от одной. А тем не менее того же таки года износят и другу сооружение. Наверное, сокрушители потеряли любой стрим и меру [...]

Как церковь Братского монастыря, так и Вийськово-Микильський собор строил москвич, мулярський мастер Иосиф Дмитриевич Старцев. Он, очевидно, не меньше прислушался к художественным традициям украинской среды, чем прислушались к русской традиции те итальянский архитечь, которые работали в Москве в конце XV - в начале XVI столетие. Вопреки итальянским деталям таких сооружений, как Успенский, Архангельский соборы или Грановита палата, итальянце дали ряд безусловно русских творений. Подобно к этому москвич Старцев создавал в русле украинского искусства. Если уже каждое большое явление в художественной околице связывать непременно с итальянскими именами, то Й.Д.Старцева можно было бы назвать "Аристотелем Фиорованти" Киева. И вот - что совершили теперь с его творениями киевские вредители! [...]

На разрушение обрекают не обычные киевские здания. С непомильним чувством и знанием дела уничтожается свойственно лучше всего из того, что создано прошлым украинского народа. Не безоблични здания, а наиценнее заменяют "гаражами". Далеко заходит и борьба против "мазепинства". Знесено, среди другого, две наилучшие сооружений самого Мазепии (11). Добита памятки и того монастыря, где жила и действовала его мать Магдалина (Флоривський монастырь). Борьба против "мазепинства" перерождается в борьбу против всего большого, что создал за свою историю украинский нарид. Лицо столицы - это лицо страны. Наиболее "ударными" темпами Украина оборачивается в страну "без рода, без племени". Разваливают храмы великокняжой пор. Уже почти ничего не остается и от киевских памяток времен наибольшей самобытности украинского зодчества (XVII - XVIII ст.).Автор этих строк - решительный приверженец политического и культурного единства Евразии, решительный неприятель всех и всяческих интервенций. Однако тем острее он испытывает непременную потребность беречь и предохранять культурное наследство всех народов Евразии, в том числе - и большого украинского народа. Можно и должно возражать дела Мазепы. Тем не менее уничтожать творение гениальных зодчих, которые , работали за Мазепы в Киеве, это преступление, котор довольно подобрать название. Петр умел бороться против "мазепинства". Однако и он не зацепил памяток, которые их они выстроили.

На руинах архитектурных шедевров Киева взыскивают свою "вальпуржину ночь" злости враги и ненавистники русского и украинского народов. Этнографический материал "без рода, без племени" - что может быть лучше для сторонников "колониального расширения". Как можно скорее убрать из лица земли все доказательства, которые противоречат этой концепции! И их прибирают так быстро, что, вероятно, дивом испытывают удивление даже авторы этого не так "социального", как национального заказа.

Хотя какой метод обсчета применяй, результат будет тот самый: около половины, как не больше, неповторимых архитектурных памяток Киева, которые еще в 1934 году представляли славу Украины, на 1937 год щезли из земной поверхности (12). Тем временем другого города, который, пусть отдаленно, могло бы приравнять Киеву своими архитектурными сокровищами, в Украине нет. Вдохновители киевских разрушений просто делают будто "небулою" огромную часть архитектурной истории Украины [...]

Прекрасно сказал как-то покойный М.Я.Марр: "Основное условие любого прогресса - непрерывность культурных традиций" (13). Это отнюдь не означает, что хотя в каком-то понимании следует повторять прошлое. Такое повторение было бы и всегда бувае найнестерпнишою обманом. Нужно создавать новое. Тем не менее в создании этому надо опираться на знание и овладение того, что дано и преодолено в традиции.

Что сказали бы те люди, которые непосредственно или опосредованно санкционируют теперь бесчисленные киевские разрушения, если бы им предложили, предположим, собрать прочь все экземпляры "Кобзаря" Т.Г.Шевченко и сжечь их? Стирая без следа из лица земного домонгольськи и украинские памятки, киевские "троцкисты" уничтожают не меньшие культурные ценности.