КИЕВСКАЯ РУСЬ: ПРАУКРАЙНСЬКА ГОСУДАРСТВО ИЛИ "ОБЩИЙ СТВОЛ" ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН?

Главная - Украиноведение - КИЕВСКАЯ РУСЬ: ПРАУКРАЙНСЬКА ГОСУДАРСТВО ИЛИ "ОБЩИЙ СТВОЛ" ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН?

Наследство княжеского Киева является предметом давней и отчаянной дискуссии не только ученых, но и политиков. Ведь на протяжении последних пяти веков русская экспансия в Восточной Европи опиралась на импреський мит о династическом праве московских правителей на земле Киевской Руси. Ведь проблема принадлежит к числу важнейших в восточноевропейской истории. Ее объективное, непредубежденное решение - обязательная предпосылка цивилизованного государственного устройства на постсоветских пространствах. Снова обратиться к вопросу определения этнической приналеж-ности строителей государства Русь побуждало знаменательное событие в современной украинской исторической науке. Имеется в виду публикация издательством "Генеза" новой фундаментальной работы известного украинского медиевиста Наталии Яковенко "Очерк истории Украины". Современный подход до многих устаревших проблем средневековой истории Украины существенно корректирует наши представления о движущих силах национальной истории. Автора справедливо зовут "открывателем Украины шляхецькой". Именно украинская шляхта сохранила государственные традиции княжеского Киева в темные пор бездержавности и передала их казачеству. За Н. Яковенко, русская шляхта XIV-XVI ст. была мостиком между двумя периодами украинского создания государства - княжеским и казацким. Приводится убедительные аргументы в пользу выразительной украинской специфики языка и культуры Южной Руси. и обгрунтовано отрицается существование единой древнерусской народности (Яковенко, 1997, с. 58,59). Однако на фоне сказанного диссонансом звучит утверждение автора о равном праве всех схидньослов'янських народов на историческое наследство княжеского Киева. Справедливо критикуя имперскую концепцию "переток киевского наследства" к Владимиру на Клязьме, а дальше к Москве (с. 76, 77) Н. Яковенко считает Киевскую Русь общим наследством украинцев, белорусов и россиян, которые якобы имеют на нее абсолютно равные исторические права. Отойдя от одной версии имперского исторического миту исследовательница украинского средневековья фактически оказалась в плену ее советской модификации, за которой Русь рассматривали как "колыбель трех братских народов". Она считает, что княжеский Киев "был одновременно стартовой площадкой будущих виокремлених политических "биографий" как украинского, так и белорусского и русского народов. И когда мы в этой трияди поменяем прислужническую советскую иерархию "старшинства", переместив "старшего русского брата" в общий ряд сограждан Руси, то отпадет и потребность делить "киевское наследство" - она таки в самом деле была общей, так как вырастала с общего византийско-христианского ствола" (Яковенко, 1997, с. 77). Привлекательный демократизм такого равноправия всех схидньослов'янських народов на историческое наследство княжеского Киева по нашему мнению кое-что не согласовывает с исторической правдой. Итак, Киевская Русь, за Н. Яковенко, не праукрайнська государство, как это твердил еще М. Грушевский, а общий для украинцев, белорусов и россиян "византийско-христианский ствол", т.е. пользуясь терминологией советской исторической науки "колыбель трех братских народов". Критикуя величайшего украинского историка за "народническую" историософию (с. 4), Н. Яковенко фактически делает шаг назад от его понимания истоков украинской наций в сторону традиционной имперской историографии. Соответственно она определяет время формирования украинского этноса именно за ридянською историографической традицией - "XV ст., когда с аморфной Движении начал вичленовуватися украинский народ" (Яковенко, 1997, с. 12). Г. Грушевский был человеком в свое время и его "народничество" целиком отвечало господствующей в Европи XIX ст. историософський концепции. Не только научный работники, а и политики того времени стояли на народнических социял-демократичних или коммунистических позициях. Однако под модными для рубежа ХИХ-ХХ ст. красными флагами и интернациональными лозунгами очень часто решалось традиционные национальные проблемы. Так, Владимир Ленин реанимировал Русскую империю, продолжив ее жизнь до конца XX ст. Напомню слова выдающегося русского философа М. Бердяева: "Большевизм есть третье явление русской большое державности русского империялизму... Третий Интернационал есть не Интернационал, а русская национальная идея..., трансформация русского мисиянизму". Социял-демократ Пилсудський возродил польское государство. Ему приписывают слова, которые он, якобы, сказал своим украинским коллегам по партии В. Винниченкови и С. Петлюре: "Все мы ехали в одном социял-демократичному поезде. Однако я вышел на остановке "Польша", а вы с русскими большевиками поехали дальше". Не вина, а беда социял-демократичних лидеров Центрального Совета, которые возродили они украинскую государственность ненадолго. Из независимых от них причин Украина не имела достаточно численной для державобудивництва национальной элиты, а политическая ситуация не оказывала содействие укреплению украинского государства. "Народничество" М. Грушевского это не только невнимание к государственной идее и недооценка ведущей роли в национальной истории етноконсолидуючой слоя национальной элиты (Яковенко, 1997, с. 4). Напомню, что право на историческое наследство княжеского Киева Москва перебрала через длинную безгосударственность украинцев. Последняя дала основания идеологам московского экспансионизма твердить, что Киевская государственность органически трансформировалась в Московскую. Родственность между киевскими и московскими рюриковичами разрешила перекинуть династический мисточок от княжеского Киева к Москве и говорить о наследственном праве московских князей на земле Южной Руси. В своей исторической статье 1904 p. "Обычная схема русской истории и дело рационального уклада истории Восточного Славянства" М. Грушевский убедительно показал, что национальная история это не только история национальной государственность, а история конкретного этноса вообще. А этнос или народ может существовать как в пределах собственного национального государства, так и в колонияльному статусе в государстве соседей, или даже в додержавному первоначальном состоянии (например, праукрайнци накануне создания государства Русь). Такая позиция оказалась конструктивной в борьбе с имперскими претенсиями Москвы на Киевскую Русь, как первое государство русского этноса. Опираясь на нее, М. Грушевский убедительно досказал тяглисть национальной истории украинцев на их этнических землях от княжеского Киева к Галицко-волынскому княжеству, через колонияльний статус в пределах Литвы и Польши, казацкое государство, безгосударственное существование в Русской империи к УНР и Советской Украины. В отличие от украинцев, россияне имели собственную линию национальной истории: от Володимиро-Суздальщини ХИИ-ХИИИ ст. к Московскому княжеству Ивана Калити, через петербургскую империю Романовых к большевистской России. Таким образом, за Н. Яковенко, Киевская Русь Х-ХИИИ ст. в этническом отношении еще "аморфная", и лишь в XV ст. "с Руси начал вичленовуватися украинский народ". Такая поздняя дата рождения украинцев не вкладывается у рамки универсальных закономерностей формирования европейских народов. Чему славянская людность территории Польши VII-IX ст. считается праполяками, государство ИХ-Х ст. со столицей в Гнезно носит название первым Польским королевством, а Киевская Русь еще "аморфная" т.е. не украинская? Это противоречие логике европейской истории порождает сомнения относительно указанной советской концепции происхождения восточнославянских народов, на позициях которой фактически остается Н. Яковенко. Припомним некоторые универсальные для средневековой Европи исторические закономерности этна- и нациогенези. Средневековая Европа явилась на фундаменте Римской империи, культура, язык, государственный религия, право которой послужили мате-риялом для строительства европейской цивилизации. После бушующих событий IV-V ст. обусловленных большим переселением народов и падением Риму, етнополитична ситуация стабилизировалась. В воздержанной зоне Европи с V-VII ст. к нашим временам прослеживается беспрерывное етнокультурний развитие. Именно этим объясняется тот факт, что большинство больших европейских народов, этнические территории которых достигали северной границы Римской империи, зародились на зрении средневековья около 1500 p. поэтому. З V- VII ст. начинают свою национальную историю французы, немце, англичанине, чехи, поляки. В конце ИХ-Х ст. все они создают свои первые национальные государства, трансформируясь в средневековые нации. Этнической родиной украинцев была Северо-Западная Украина (Волынь, Киевщина, Южное Полесье, Прикарпатье, Подолье). Эти территории издавна развивались под мощным влиянием греко-римской цивилизации, периферией которой были античные городу-колонии Надчорномор'я. Непрерывность етнокультурного развития украинского этноса в Северо-Западной Украине (как и поляков, чехов, французов или англичан) прослеживается также из середины И тыс. н.э. от пражской археологической культуры, людность которой в византийских источниках фигурирует под етнонимом склавини. Кстати именно от поселения пражской культуры на Старокиевской горе прослеженная непрерывность культурно-истричного развития Киева, которое дало основания П. П. Толоч-ко опускать корни городского организма на 1500 p. в глубину времени. Та же непрерывность развития дает основания твердить, что украинский этнос зародился в постримський время, как и большинство больших европейских народов, которые имели непосредственные культурно-исторические контакты с греко-римской цивилизацией. Государство Киевское Русь явилась на границе ИХ-Х ст. на этнической родине украинцев. Она синхронная и типологическое побидна первым национальным государствам поляков, чехов, французов, немцев, англичан, а значит была первым украинским государством. Непризнание праукрайнського статуса за Киевской Русью противоречит универсальным законам исторического развития Европи. Укажем, что народы севера Восточной Европи, что не имели непосредственных контактов с цивилизационными центрами Большого Средиземноморья существенно задержались в этн-культурном развитии и особенно в державобудивництви, идея которого распространялась в Европи из греко-римского мира. Поэтому современные этносы лесного севера Европи намного младшие не только от народов Средиземноморья, корни которых 3-достигает х тысячелетней давности (греки, армяне, жиды и др.), но и упомянутых европейских народов воздержанной зоны. Римская государственность была образцом для создания государства в средневековой Европи. Поэтому отдаленность от Римской империи стриму-вала нациогенезу (огосударствление) этносов лесной зоны Европи. Если первые государства французов, немцев, англичан, чехов, поляков, украинцев явились в ИХ-Х ст., то литовцев и россиян лишь в XIV ст., а норвежйцев, финнов, латышей, эстонцев еще позднее. А такие финн-венгерские этносы как чудь, весь, меря, мурома, черемиси вообще не создали своей держав-ности, т.е. не трансформировались из этноса в нации и постепенно их ассимилируют славянские и тюрськи соседи. Показательно, что венгры, которые больше как 1000 лет тому мигрировали к Европи из Приуралье, трансформировались в нации, создав собственное государство синхронно с автохтонными европейскими народами (поляками, чехами, украинцами). Это еще раз свидетельствует о постоянстве универсальных закономерностей этногенезы в средневековой Европи, о стимуляции последних влияниями греко-римского мира. Сказанное разрешает твердить, что старейшими среди восточных славян должны быть украинцы, поскольку они непосредственно контактировали в Надчорномор'й с центрами греко-римськое цивилизации. Из этой же причины следует ожидать,что древнейшее восточнославянское государство было продуктом именно их нациотворення. Т.е. державотворчий этнос Киевская Русь по законам европейской этн-истории был старейший из восточнославянских народов, т.е. праукрайнський. Об этом убедительно свидетельствуют данные етнологий, археологии, лингвистики, антропологии, исторические источники (Железняк, 1994,1996,1997). Сугубо научная проблема культурно-исторического наследства Киевской Руси была запутана лишней политизацией вопроса поскольку издавна служила идеологическим подпочвам строительства Русской империи (Железняк, 1994, 1996, 1997). Однако универсальные законы нациотворення в государствах имперского типа разрешают понять и решить проблему генези и исторического наследства отдельных восточнославянских народов. Империя - централизованное государство, которое возникало вследствие экспансии державотворчого (имперского) народа на земле соседних этносов. Поэтому такая клаптикова, многоэтническая страна по сути была национальным государством имперского господствующего этноса. Эта особенность показывается в названии государства, которое как правило происходит от етнониму титульной наций - Китайская, Персидская, Английская, Еспанська, Русская империи и т.п.. Однако известные случаи когда имени обязательного для всех империй господствующего этноса ("старшего брата") по определенным причинам не показывается в названии государства - Большая Порта, Советский Союз и т.п.. В связи со сказанным сформулируем вопрос так: Если "Союз нерушимый республик свободньйх сплотила навеки Великая Русь", то какой этнос консолидировал ранньосередньовичну империю Киевская Русь, которая тысяча лет тому подчинила огромные просторы между Черным и Балтийским морями, заселенные ризноетничними славянскими, балтийскими, финскими, тюрськими племенами? Как известно это были южные русичи, которые никуда не делились со своих этнических земель после распада их государства Русь, однако изменили свой етноним и известные из позднего средневековья под названием украинцев. Изменение названий среди этносов средневековой Европи была нормой и не свидетельствует о перерыве етнокультурного развития на данных территориях или изменение одного этноса другим. Так современные поляки в средние возрасты носили название ляхами, румыны - волохами, россияне - московитами и т.п.. Во всех известных империях подчиненные народы делятся на две категории в отношении к имперскому господствующему этносу. Часть порабощенных этносов имела развитую культуру, которая нередко была высшей от культуры завоевателей, другая существенно отставала в культурном развитии от имперской метрополии. Уровень культурного развития метрополии в отношении к подчиненным народам определял историческую судьбу останнийх. Древние народы с развитой культурой, как правило, выдерживали ассимилирующее давление господствующего этноса империи и после распада последней продолжали свою этническую историю. Так, в Римской империи Греция, Египет, Ближний Восток не романизировались, а продолжили свое развитие после освобождения из-под власти Риму. В исторически отсталых провинциях империй на их варварской периферии, в следствие мощного культурного влияния и военно-административного давления метрополии, зарождались новые этносы. Их культура есть синтезою местного культурного субстрата и культуры метрополии, а язык как правило производная от языка господствующего имперского этноса. Итак, они в значительной мере происходят от последнего и могут считаться дочерними в отношении к ведущему этносу империи. После ее неминуемого распада эти молодежи постимперськи этносы начинали самостоятельную историческую жизнь, надолго сохраняя определенный пиетет к бывшей имперской метрополии, ее истории, культуре, языку. (Чубатый, 1964, Железняк, 1997). Так, в следствие романизации иберийцев, кельтов, иллирийцив, фракийцив северной периферии Римской империи после ее падения явилась группа молодых романских этносов: еспанци, португальце, французы, румыны. Последние даже перебрали название метрополии, а некоторые румынские ультрапатриотичные историки начинают национальную историю своего народа от античного Риму. Еспанизация Южной и Центральной Америки обусловила зарождение, а после распада Еспанськой империи и рождение, многочисленных молодых еспаномовних этносов Нового Мира (мексиканце, боливийце, чилийце, аргентинце, уруґвайци, кубинце и т.п.). Их этническая своеобразность сформировалась в следствие скрещения местных культурных традиций с культурой и языком еспанськой метрополии. После распада Английской империи в Новом Мире родились производные от английского этноса молодежи англоязычные народы - американцы, канадийци, австралийци. Влияние культуры автохтонных аборигенов на них был меньший, чем на культуру латиноамериканских народов. Однако этнический комплекс упомянутых англоязычных этносов формировался под существенным влиянием мигрантов из других европейских стран: ирляндцив, итальянцев, французов, еспанцив, евреев, славян и др. Похожие этнические процессы протекали и в средневековой империи Киевская Русь. Как Рифм романизировал народы северной периферии, так княжеский Киев русифицировал (от Русь, а не Россия) лесной север Восточной Европи. Экспансия праукрайнцив в лесную зону Восточной Европи осуществлялась с V по XII ст. в форме многочисленных миграций на север долинами Днепра, Десны, правыми притоками Припяти, Западным Бугом (Железняк, 1997 p.). Прабилоруськи племена дреговичей и кривичей - сформировались в VII-X ст. в следствие смешивания мигрантов с Южной Руси с местными балтами. Пращуры псково-новгородцив ильменские словени формировались в тот же время в следствие синтезы местной балтийской людности с потомками выходцев с Южной Руси. Чуть позже, а именно в Х-ХИ ст. начали формироваться россияне. Состоялось это путем продвижения на заселенную финскими племенами Верхнюю Волгу балт-славян кривичей, ильменских словен и переселенцев из Южной Руси-Украйни (Седов, 1982, Железняк, 1997, Дашкевич, 1993), Окончательное "созревание" молодых восточнославянских этносов (белорусов, псково-новгородцив, россиян) произошло в Х-ХИИИ ст. в составе праукрайнськой империи Киевская Русь. Фактический распад последней во второй половине XII ст. знаменовал собой унезалежнення от киевской метрополии упомянутых молодых постимперських этносов и начало их самостоятельной этнической истории (Железняк, 1997). Не случайно клясик русской исторической науки В. Ключевський писал: "Русский народ вышел на историческую арену вместе с князем Андреем", т.е. лишь во второй половине XII ст. Таким образом, абсурдно считать Киевскую Русь первым государством россиян, как это по сей день деклярують некоторые русские историки и политические деятели. Ведь значит, что русская государственность родилась задолго к появлению самых россиян. Однако не витриуме критики и взгляд на Русь как общую "колыбель трех братских народов" или, как формулирует Н. Яковенко "общий ствол", на который имеют равное право все восточнославянские народы. Нет сомнения, которое кийворуський ствол для них был общий, но еще задолго к ответвлению от него пращуров белорусов и россиян этот ствол уже был украинским. Неужели на культурно-историческое наследство первого Английского королевства ИХ-ХИИ ст. имеют одинаковые исторические права как современные англичане, так и американцы и австралийци? Последние ответвились от английского этнического ствола точно так, как белорусы или россияне в свое время ответвились от украинского этн-культурного дерева, которое развивается на собственных этнических землях по сей день. Культурно-исторические права Москвы на наследство княжеского Киева не большие и не меньшие как права Букарешту, Парижу или Мадриду на культуру и историю родительского для их языка и культуры античного Риму; Вашингтону или Мельбурну - на наследство имперского Лондона, аргентинцев и мексиканцев - на средневековый Мадрид. Киевская Русь - продукт нациотворення украинского народа на княжеском этапе его этнической истории Белорусы и россияне, образно говоря, происходят от украинского отца и балтийской и финской матерей. Итак, они даже не младшие сестры или брать украинского этнического организма, а его дети. Точно так потомками ("детьми") латинянинов есть еспанци, французы и румыны, еспанцив - мексиканцы, чилийце и аргентинце, англичан - американцы, канадийци и австралийци. Без понимания этих универсальных законов исторической етнологий невозможное объективное возрождение правдивой истории Восточной Европи. К сожалению, к сим порам она остается искривленной имперскими аспирациями сторонников "единой и недилимой", искоренить которые не всегда удается даже выдающимся украйнськимисторикам.