Научное мышление и его структура

Главная - Науковедение - Научное мышление и его структура

Фактически, впервые данная проблема читко была сформулирована "голов-ним объектом" постмодернистськои критики Рене Декартом. Оскильки по причине видсутности пространственной межи мысль не может "ограничить" протяжную рич, а рич - идею, представление не способное взаемодияти с протяжной риччю, а рич - с мысленным взором, каждая из них находится во власний сфери бытие. У Декарта это выражено следующим чином: "Мышление и протяжнисть суть дви ризни субстанции, а субстанция есть то, что иснуе и определяется тильки через самого себя, а не через "инше""[21. -с.36].

В свий время и.Кант поставив соби за цель проявить ти истини, яки ни у кого не вызвали бы сумниву, хотя бы ими и пренебрегали из-за их банальности, убедился, что таких истин не так уже и много: ряд общих положений логики, сформулированных, по сути, еще Аристотелем и его прямыми послидовниками. Т.е., вси теоретики мыслили в видповидности к определенным правилам логики. Однако, каждый раз имея дело с "приписыванием" предмету отдельной властивости, приходится постийно выходить за межи сугубо логичних правил, так как использование правил опирается на определенное обоснование, которое не имеет чистого формально-логичного характера. Еще антични скептики это обстоятельство видзначили положением о видсутнисть доведение: "доведение всегда нуждается в критерия, чтобы быть твердым и непоколебимым, а критерий доведение, чтобы быть вирним, так как не может быть вирного доведение, если ему не передует вирний критерий, так же, как не бывает правильного критерию без доведения"[22. -с.230]. Любое основанное на емпиричних данных понятия всегда находится пид угрозой спросту-вання со стороны досвиду. Как справедливо указал Гадамер "Досвид... есть досвид человеческой обмежености. Досвидчений тот, кто помнит о своей обмеженисть, тот. кто знает, что время и будущее ему не пидвладни"[23.-с.420].

Вместе с тем, как видомо, люди используют и инши понятие, котри носят всеобщий и необхидний характер сами по соби, безвидносно к минливои емпирии. Например, рассмотрение трикутникив и квадратив в геометрии не имеет ниякого видношення к нашему розуминня свойств круга и елипса, оскильки в визначенни понятие "круг" входят лишь таки предикаты, яки строго описывают межи лишь данного рода фигур, межи, яки нельзя переступить, не переходя в инший рид обектив ни емпирично, ни логично. Таки понятия предусматривают предикаты, зминити и отстранить котри невозможно без устранения субъекта суждения ни в имеющемуся, ни в будущему, ани в любому "всякому возможному" досвиди. Итак, используя тезис "вси тила являются протяжными", мы с необхиднистю повинни согласиться с тем, что в рази иснування инших "странных" "тил" они в поле нашего досвиду попасть николи не смогут, так как не видповидни понятию "тило".Поэтому загальни просторово-часови определение вещей (математични, для примера) выводятся з-пид емпиричнои угрозы со стороны опровержения всяким возможным досвидом, ведь они сами е определениями возможного досвиду. Природа таких понятий "априорна", т.е. аксиоматична.

Если по видношенню к процессу мышления загальни схемы синтеза понятий аподиктични, так как инакше мыслить невозможно, то по видношенню к змисту мыслимого, к тила которое мыслится, они випадкови. А видповидно и представление, которые основывается на здийсненни синтеза, есть случайным. Таким образом, этот синтез здийснюеться в довильний, и в этом розуминни - "слипа" дияльнисть "продуктивной силы представления". Итак, спосиб, которым можно построить треугольник (трапецию, круг и и т.п.), есть мислимо-всезагальним и мистить в соби принцип перевирки представление на видповиднисть установленному мышлением правилу мышления

Знание правил(схем) мышление сповищае о наши теперишни розумови можливости, а не об объективно иснуючий свит. Правила, усвидомлени как прийнятни для керивництва ума реализуються в знаходженни конкретного знания, которое видповидае на поставлени вопрос заздалегидь определенным чином. Загальновидомим примером может служить знание таблици умножение. В свою очередь, знание собственных свойств есть знания неодминних условий самого знания. Суперечности виявлени в наслидок анализу свидчать ума, что мышления принялось за виришення таких задач, для которых еще нет схем синтеза определений, т.е. субъект еще не имеет видповидного степени развития ума для виришення проблемы. Ци схемы принадлежит еще тильки сконструировать

Именно при розгляди процесса мышления, которое строит послидовности дий самого же мышления, мышление обнаруживает себя найяскравише. Рассматривая случаи, когда мысль построена на пидстави некоторой общей схемы, мы не можем признать наявнисть актуально здийснюваного мышление. Так, зовнишньо данная схема, для примера, в вигляди плана дий определенного керивництвом для пидлеглих, "ориентована" на возникновение в пидлеглих довольно читких представлений об их дии. Здесь дияльнисть представлений пидлеглих здебильшого ограничивается лишь памятью. Если цель и способ ее достижения есть заздалегидь видоми, то для бытия мышления не может быть мисця. Повторяются уже видоми образы в видомому связи - припоминание

Хотя, здебильшого, люди пользуются именно готовыми штампами суждений, в процеси возникновение любого элементарного суждения было задияно мыслимый синтез определений. Суждение "А е В", если оно здийснюеться впервые (т.е. актуально), а не повторяется при допомози памяти, предусматривает вихид за межи закона логики, который запрещает протириччя, т.е. разрушает дедукцию. Ведь чем бы не было приеднуване к А некоторое В, оно, во всяком случае, есть а. Итак, имеющийся логичний выражение тиеи обстоятельства, которое синтетическое получение нового знания всегда разрушает граници старого знания и зминюе его. Синтез, который дает новое знание зовнишньо является продуктом "анти-логичнои" дии, где наповнени змистом досвиду попередни схемы мышления скорише "шкодят" думци. Но это ти препятствия, яки обязывая считаться с ними не разрешают повторять уже зроблени ошибки