Становление и развитие художественных способностей человека

Главная - Культура - Становление и развитие художественных способностей человека

Определяя эстетичный потенциал художественного творчества, следует учитывать, что ни одна сфера человеческой деятельности не имеет такой глубины эмоционального влияния на человека, как искусство, которое за каждым выдающимся произведением возникает яркое и самобытное лицо художника, умом, чувством, волей которого созданное все то прекрасное, над чем бессильное время. В связи с этим особого теоретического внимания заслуживает анализ внутренних психологических особенностей индивида, которые развиваются в динамике: задатки, способности, одаренность, талантливость, гениальность.

Задатки - это урожденные анатомо-физиологические особенности нервной системы, мозга. Они представляют основу развития способностей.

Способности - это личностно-психологические особенности конкретного человека, благодаря которым успешно выполняется та или другая продуктивная деятельность.

Одаренность - это качественно своеобразное объединение способностей, что является ручательством успешного выполнения конкретной деятельности.

Талантливость - это высокий уровень развития способностей, прежде всего специальных, т.е. таких, которые дают возможность успешно выполнять певнудияльнисть: литературную, музыкальную, сценическую и т.п.. Понятие талант следует использовать лишь при анализе профессиональной деятельности в искусстве, а также употреблять при оценке принципиально новых, обозначенных оригинальностью и самобытностью подхода художественных творив.

Гениальност-это высочайший уровень развития способностей, который определяет появление произведений, которые имеют историческое значение в жизни общества, удостоверяют новую эпоху в развитии культуры.

Что же к проблеме художественных способностей, то она связана с вопросом естественной одаренности человека. Больше того, талант является непосредственным результатом наличия определенных наклонов к художественной деятельности. В 40-и года известный искусствовед Б. Теплов предложил тезис: «Способности - это задаток в развитии». Правда, позднее он отказался от этой мысли и приходил к выводу, который «прирожденными могут быть лишь анатомо-физиологические особенности, т.е. задатки». Относительно способностей, то они не имеют элемента врожденности, а е всегда результатом развития.

Довольно распространенной есть концепция известного психолога К. Платонова, который считает, что «формулирование Б. М Тепловая «способности - это задаток в развитии» нуждается в не отказе от него, а уточнение: под задатками надо понимать прирожденные, но не обязанности наследственные предпосылки дальнейшего развития». Опираясь на достижение психологии, физиологии и философии, К. Платонов убедительно доказывает, что «чем более сложная структура конкретной способности, тем более у нее приобретенного, условно-рефлекторного». Тем не менее значительную роль сыграет и прирожденный фактор. «Возражать врожденность некоторых элементарных способностей, а соответственно и элементов структур сложных способностей так же неверно, как и признавать прирожденными (и тем более наследственными) все способности». Учитывая такую постановку проблемы, Платонов думает, что «задатки - это прирожденные предпосылки развития функциональных органов, а итак, и функциональных структур лица. Поскольку психические черты в условиях деятельности должны рассматриваться как способности, постольку задатки являются прирожденными предпосылками способностей».

По нашему мнению, определяя существование прирожденных задаткив, не следует переоценивать их роли. Ведь между задатками и выявлением художественных способностей лежит длинный путь развития человека. Прирожденный фактор никогда не определял таланта полностью. Вместе с тем бесспорным есть и то, что при определенных условиях прирожденный фактор может стать замечательным основанием для быстрого развития и усовершенствование таланта.

Подчеркивая роль и значение прирожденного фактора, мы понимаем, что далеко не каждый человек, который имеет определенное естественное дарование, - обязательно должна посвятить жизнь искусству. Но едва ли человек, лишенный естественного наклона к художественному творчеству, может подняться к . ровня талантливого профессионального художника. И вообще, проблема существования и роли прирожденного фактора нуждается во внимании и определенном теоретическом обострении хотя бы потому, что с ней связанная практика постепенного воспитания, формирование художественных способностей, художественного таланта.

Глубокое и всестороннее познания законов творчества следует начинать из изучение умственного развития, причин и возможностей становления художественных способностей ребенка. История искусства знает немало примеров, когда наклон к художественной деятельности оказывался у детей в первые года жизни. Так, Моцарт в возрасте четырех-пяты лет начал выполнять и создавать первые музыкальные произведения. Остался интересный рассказ современника Моцарта, музыканта Андреаса Шахтнера, об уникальных способностях Моцарта-дитини. Шахтнер был свидетелем того, как чотирилитний Вольфганг предложил отцу посмотреть написанный им концерт для клавира. «Сначала мы стали смеяться над этой бессмыслицей,- упоминал Шахтнер,- но потом отец начал внимательно рассматривать главное - ноты, композицию. Он долго стоял пораженный, смотря на лист бумаги. В конце концов две слезы, слезы увлечения и радости, покатили с его глаз». Отец Моцарта и Шахтнер - оба профессиональные музыканты - были пораженные сложностью предложенной ребенком мелодии, ее внутренней логикой, стройностью. Даже припуская возможность некоторых преувеличений в этих воспоминаниях, следует, тем не менее, признать, что именно чрезвычайно высокая степень развития музыкальных способностей у Моцарта-дитини обусловил своеобразность творческого процесса взрослого Моцарта-композитора. От первых детских попыток через всю творческую жизнь Моцарта составлялась неповторимая специфика отображения в музыке эмоциональных переживаний. Однако раннее проявление художественной одаренности имело и свои отрицательные черты. Позднее о творчестве Моцарта начали составлять легенды, стараясь представить его как «легкого», «бездумного» композитора, который все создавал по наитию, интуитивно. Подобные тенденции в оценке работы любого художника ведут к упрощениям представлений о творческом процессе, звучат неубедительно и не раскрывают главнейшего - напряженной, сложной творческой работы, без которой невозможное появление настоящего художественного произведения.