Архитектура как профессия

Главная - Архитектура - Архитектура как профессия

- Видите дверь? Пройдите через них, спуститесь ступеньками, выйдите на улицу. Напротив вы увидите большой универсальный магазин «Об бон марше», по правую сторону и по левую сторону небольшие магазины. С одного стороны бульвар Сен-Жермен де Прет, с другой стороны - Монпарнас. Пройдитесь пешком, посмотрите на людей, на дома, на все, что будет окружать вас. Попробуйте понять жизнь. Если у вас есть глаза, вы будете красивым архитектором. Если вы слепой, тем хуже для вас, изменяйте профессию. Архитектура - это жизнь. Ее не изучают в школе. Ее ощущают! Это все, что я могу вам сказать» [с. 26,29].

В качестве примера такого «жизнь» Кандилис приводит архитектуру, для которой вопрос прагматики и естетики органически неразрывные, - архитектуру кам'яници греческого крестьянина, где быт и творчество обнаруживают единый жизненный процес.

«В часе езды на лодке от Пирея, на острове Егина, крестьянин на имя Родакис построил дом собственными руками. Расположенный среди виноградников, он поднимается на холме, который доминирует над морскими пространствами, открытый четырем витрам.

Это был 1933 год. Мне было 20 лет, я был студентом Афинского политехнического института.

Тот, кто направил меня на открытие «дома для человека», был моим учителем, чрезвычайным наставником, философом, художником, поэтом - всем чем угодно, но не архитектором в классическом понимании этого слова. Его звали Дмитрий Пикионис.

Дорогой я стал наводить справки. Мне ответили:

Дом со статуями?

Со статуями? А впрочем, чему бы и ни!

В конце концов я увидел дом необыкновенной красоты, который слился с естественным окружением, и крестьянина... Поскольку это был его мир, его жизнь, Родакис вложил в свое творение всю душу, все свое сердце и все воображение. И прибавил еще совсем бессознательно то, что необходимо здания, чтобы стать архитектурой, - любовь и чувства.Этот объемный конгломерат, который властвует над окружающим пространством, старый крестьянин украсил скульптурными изображениями усатых глав, размещенных по углам кубических объемов. Взгляды лепных масок были направлены к горизонту. Эти главы он изваял сам..

Слушая его рассказ, я нашел казну воображения, фантазии и мысли, которые со временем стали для меня сущностью понимания архитектуры.

- Видишь эти усатые главы с большими глазами, направленными к горизонту? … Это турки, главы турок. Турки - это мои заместители, они предохраняют меня, защищают мой покой. Я указал ему на другие скульптурные элементы, размещенные над входом: змею, свинью, часы и орла.

- А это что означает?

- Это четыре основы моего дома. Змея - это знание, свинья - благополучие, часы - время, которое минует, а орел - сила. Они поддерживают мой дом. Если их забрать, дом упадет.

Все внутреннее пространство было разделено по функциональному принципу: места для работы и для отдыха. Вокруг двора размещались небольшая конюшня, курятник, печь для выпекания хлеба, голубятня, причем все это было расположено целесообразно и наделенное особым значенням.

Этот рациональный комплекс он дополнил иррациональным - скульптурным изображением сфинкса, который височить над двором. Совсем бессознательно и без какой-нибудь подсказки крестьянин ввел в свой дом дух Запада - ум в образах змеи, свиньи, часы и орла, Востоку - страсть в виде турецких глав и Африки - загадка в оскорблении сфинкса.

У подножие холма проходила дорога, от которой ответвлялась узкая тропинка... Она причудливо свивалась по отрогам холма, прежде чем подвести к дому. Удивленный увиденным, я спросил его:

- Чему вы проложили настолько длинный путь? Идя каждый день на работу и возвращая утомленным домой, вы вынуждены делать длинный и лишний путь. Умно ли это?