СУДЬБА УКРАИНСКОГО ЗАГРАНИЧЧЯ: БЕРЕСТЕЙЩИНА И ПИДЛЯШШЯ

Главная - Украиноведение - СУДЬБА УКРАИНСКОГО ЗАГРАНИЧЧЯ: БЕРЕСТЕЙЩИНА И ПИДЛЯШШЯ

Вопрос национальной и культурной самоопределенности украинцев на удельной территории Украины после получения ее независимости кое-что потеряло свою актуальность, тем не менее оно глубоко актуальное по сей день на украинских маргинальных территориях, которые отрезанные от основной территории. Речь пойдет о западном зарубежье - Берестейщину и Пидляшшя.

Я, благодаря своей профессии, малая возможность увидеть, оценить и сравнить етнокультурну и етнополитичну ситуацию данных территорий изнутри, непосредственно в общении с простыми крестьянами, а также интеллигенцией - коренными южанами Берестейськой области Беларуси и Бильського и Гайнивського уездов Пидляського воевидства Польши - земель, которые имеют украинскую этническую принадлежность, тем не менее в силу политических обстоятельств находятся на территории соседних Украине государств. Что же, в ситуации, которая сложилась на территориях этих двух маргиналий есть много общего, что обусловлено, прежде всего, государственной политикой в отношении к национальным меньшинствам. Следствием такой политики есть почти полное отсутствие национальной самоидентификации в крестьянской среде. Условия существования украинского этноса на протяжении последних десятилетий на территории Беларуси и Польши были почти одинаковими: запрет открывать украинские школы, отсутствие в селах национально-культурных ячеек, популяризация иншоетничной культуры, или же пидтасовка удельной под так называемый „диалект” (как это происходило на территории Берестейщины) на государственном уровне привело по полной растерянности народа в вопросе национальной принадлежности. На Берестейщине, в лучшем случае, люди идентифицируют себя по территориальному признаку, називаючися тутейши, месни, реже - полишуки. Очень часто на вопрос: Кто они есть? респонденты не знают как ответить, они теряются, колеблются, несмело отвечают: И будто белорусы, но в нас здесь диалект, так, что больше к Украине... а вообще - кто его знает...

Для жителей Берестейщины украинцы - это уже „закордон”, хотя и недалекий. На вопрос Или у вас поют? крестьяне расценивали свою песенную культуру своеобразно, сравнивая ее с соседней заграничной территорией и потому часто приходилось слышать: И у нас не очень, так чтобы пели, вот там на Украине - вот там уже поют хороше... В одном селе, зайдя к магазину, разговорилась с продавщицей. Узнав, откуда я и чем занимаюсь, она оживилась: Ой, я так люблю украинский язык и украинские песни, там так хорошо поют. Была я в Любешивському районе1 [Волынская область Л. Л.] на свадьбе (у меня мужчина оттуда), то так мне понравилось! Говоря это, она даже не заметила, что общается со мной языком, которым я к ней обратилась, т.е., украинской. Когда же обращаешь на этот факт внимание своих собеседников, они задумываются, тем не менее редко соглашаются с утверждением, которые разговаривают украинской. Думаю, это обусловлено осторожностью: а кто зна, что за человек приехал, и чему она допрашивается. Да и сталинские и брежнивськи времена, когда за одно неосторожное слово человек попадался за решетка, не так далеко вошли в прошлое, чтобы их забыть. Но все мои собеседники утверждали, что белорусской в них не говорят, разве в школе учат, а так - или по-месному, или по-русски. Редко в селах встречались люди с определенным национальным сознанием, преимущественно из прослойки сельской интеллигенции. Тем не менее таких людей чрезвычайно имело, так как старание возродить украинскую культуру на территории Беларуси в советских времена воспринимались как проявления национализма, а все националисты, как правило, подвергались репрессиям, так вот так как мало кто и остался

Социо-культурне положение украинских сел на пидляшши неутешительное: они часто наполовину а то и совсем сполонизовани, а там, где остались украинцы - преимущественно летные и старые люди, молодежь - в городах. Создание украинских школ и культурных ячеек - дело неблагодарное, поскольку это хотя и не запрещено, но и не поощряется, да и детей в селах негусто. Много усадеб стоят пустые, или же функционируют в качестве дач, куда приезжают из города на исходные

Относительно национальной самоопределенности пидляшукив, то здесь целая история, поскольку они издавна считаются национальным меньшинством, но... белорусской. И нет несчастья без добрая, ведь именно это уберегло их от знаменитейшего послевоенного переселения, так и остался шмат украинцев на своей родной земле в Польши. Так вот на вопрос: Кто вы есть? люди отвечают с сомнением: И нам говорят, что мы белорусы, но белорусы там, севернее, возле Белостоку, там уже Литва, а кто мы? -... Тем не менее, все, с кем я общалась отмечают четкую разность между культурными традициями белорусского и украинского этноса и справедливо проводят границу между этими территориями, но четкой национальной самоидентификации у украинцев нет. Такой ситуации во многом оказывает содействие значительное оживление за последнее десятилетие движения национально-культурного возрождения белорусского меньшинства на территории Польши.Деятельность белорусских обществ захватила и украинскую территорию путем влияния радио, телевидение, да и добровольных миссионеров, которые ездя по селам, втовкмачують у главы крестьян белорусские идеи. Радует тот факт, что движение за возрождение украинского национального меньшинства начался в кругах нового, молодого поколения интеллигенции Пидляшшя. Приводит в удивление и вместе с тем тешит заповзятисть молодых людей на фоне уже почти перервaной культурной традиции, негласной политики полонизации и непопулярности украинцев и православие у Польши

Более глубоко этот процесс можно понять на примере рассказа молодого украинца из Пидляшшя, который говорит, что он не знал, кем он был, ведь родители, хотя и разговаривали местной разговорчивой, тем не менее никогда не заводили языка о национальной принадлежности, были „мисцевими” православными людьми, как и все, а вцилому - „поляками”, ведь жили на территории Польши. Приобретая образование, мальчик начал задумываться над своим происхождением, и пришел к мысли, что он украинец. Начал общаться с такими же единомышленниками - вот и образовалась, почти из пепла новая украинская генерация, которая трепетно относится ко всему родного - изучает украинский язык, обычае, песни, старается выучить и продолжить местную культурную традицию. Старинные обряды, которые вышли из активного употребления и сохраняются лишь в памяти людей старшего поколения становятся предметом научного исследования молодых, освидчених людей, которых интересует родная культура