Медвединци - украинские повстанцы

Главная - Украиноведение - Медвединци - украинские повстанцы

После первой мировой войны домой возвратило немало фронтовиков, которые, побывав по мирам, наслухавшися и надивившися, прихватили с собой разную литературу, затем во многих украйнцiв пробудилось национальное сознание. Но просоциалистичний правительство УНР, коварно одураченный московской верхушкой, оставил государство без армии, вследствие чего дикая азийська орда почти беспрепятственно совершала разбой в Украине. Не обошла она и Каневского уезда

За Богуславом, между Лисянкою и Таращей, на водоразделе Южного Буга и Днепра, раскинулось зажиточное и многолюдное село Медвин (12000 жителей), что было одним из волосних центров Каневского уезда. Край Тараса Шевченко и Ивана Нечуя-Левицкого достойно выдерживал вековые испытания колониальной зависимости, ревностно лелея предкивськи обычаи. Итак когда в волосний управе четверо дерзких зайд, объявляя мобилизацию на Сибирский фронт и требуя «продразвьорстки» для «питерских братишек», допустили неучтивости в адрес украинского языка, их немедленно арестовали. Произошло это 18 августа 1920 года. Медвинци знали, на что шли, однако, порадившися, взвесив все «за» и «против», на утро уполномоченных москаливрозстриляли.

Оперативно избранный повстанчий комитет, который к нему вошли Иван Плаксун, Тимофей Хижняк, Омелько Радчук, Фома Сидоренко, Никита Сидоренко, Николай Василенко и сотник Днепровский, идейно сплоченный бандуристом Андреем Митяем, объявил в селе военное состояние и общую мобилизацию. Медвин был разбит на сотне, предназначены сотники. Все население немедленно стало к фортификационным работам по периметру (село протягивалось на 7 километров вдоль и на 5 ушир), заблокировали подъемы, выкопали шанци. В ход пошел сельскохозяйственный реманент (телеги, бороны, ярма, плетни, лесной материал, заготовленный для строительства и т.п.). Под средства связи задействовали церковные звоны. Всюду было поставлено дежурных, связь с окружающим миром прекратился. Все, от старого до малого, хорошо сознавали, что выступили против целой чужинецькой империи, но другого выхода не видели

Сначала оккупанты хотели удушить восстание в зародыше кровью самых украинцев, но, к чести канивцив, ни одного расположенного из всего уезда выполнить команду губчека не обнаружилось, поэтому были задействованные две дивизии красной гвардии и артиллерийский полк интервентов. У повстанцев же обнаружилось с сотню ружей, два пулемета «Максим», один ручной «Льюис» и немного зарядов, тем не менее дух старшин был несокрушимым. Ночные рейды к Лучанськой сахароварни и к Стеблева с целью пополнить боевой арсенал оказались успешными

К Медвина, окруженного лесами, подступ открытым огнем был возможный лишь со стороны Таращи, и москали числом по несколько сотен вдоль двух недель, вооруженные пулеметами и ружьями, делали ежедневные нападения. Повстанческая разведка раньше времени сообщала об очередном наступлении захватчиков, церковные звоны собирали защитников и начинался килькагодинний бой. Медвинци видстрилювалися изредка, но метко, экономя заряды, после чего из флангов выступали лавы крестьян с селезенками, вилами, ухватами или просто с киями, оборачивая сбитых из толка нападникив к позорному бегству. Враг задействовал артиллерию. Тогда женщины, дети и летные крестьяне попрятались в погребах, часть перебралась к сусиднихсил.

12 сентября утром боевые части агрессора тремя лавами из Таращи, Богуслава и Корсуня начали генеральную атаку, а у повстанцев уже исчерпались заряды. Воспылался на Савур-могили Лук'янив ветряная мельница, пылали целые улицы. Москали урвали к селу. В два часа дня возле садика Круглик появилась конницы, чтобы пересечь повстанцам путь к отступлению. Скот пекся в хлевах, если раньше времени не выпустили на двор. Оставаться на ночь в селе московская орда не рискнула, но на следующий день двинула саранчой. Не миновали ни одного двора. В присутствии детей «братья славяне» гвалтували женщин, выворачивали сундуки, перекидали все имущество, искать золота. Разбивали овина, рассыпали двором посевной материал. Каждый москаль имел свое место на телеге, куда износил награбленное, здесь же обкрадывали одно одного, шумно, грубо выясняя отношения

Три дня медвинци не знали покоя. Не успевали даты порядка в доме, как появлялись другие красные и начинали все сначала.

После грабежа на село наложили контрибуцию: 50 коней, 150 коров, 300 овец, 300 свиней, 500 гусей, 500 качек, 500 кур, 100 пудов сала, 2000 аршин полотна, 2000 пудов овса, 2000 пудов сена и т.п.. Потащилась в сторону Богуслава валка телег, которые ей не было конца-края. В сели расквартировалась военная часть на удержании населения. Всем объявили амнистию и призвали возвращать к домам. Потом, дескать, разберемся. Дальше началась бушующая деятельность губчека. Мужское население, начиная с 18 лет, должно было пройти «чистилище». Возвращало немного. Большинство отправляли к Смели, где через несколько дней расстреливали. После двухнедельной пытки в селе напостийно остался уполномоченный, который методически спроваживал заподозренных «куда надо», а оттуда уже никто не возвращал. И так длилось годами, десятилетиями.Около 200 жителей (группа Левченка) остались в лесе, там были и представители других сел. Осенью конная армия Буденного передвигалась к Крыму и ее обозы нередко становились добычей повстанцев. Так было и возле Гударевого яровую, со стороны Стеблева.