Джордано Бруно

Главная - Астрономия, авиация, космонавтика - Джордано Бруно

Не означает опровергнуть!

17 февраля 1600 г. на площади Цветов в Риме было сожжено выдающегося итальянского мыслителя Джордано Бруно - философа, который в своих взглядах на Вселенную пошел значительно дальше от Коперника. Бруно разрушил хрустальную сферу недвижимых звезд и вслед за Николаем Казанским отстаивал мысль о том, что Вселенная безграничная в пространстве и времени...

Джордано Бруно (настоящее имя Філіп) родился 1548 г. в городке Нолі вблизи Неаполя. Его отец был солдатом-наемником, име-убогой крестьянкой. Мальчуганом Бруно было отдано к монастырю, где он пробыл десять лет. В монастыре Бруно детально выучил книгу Коперинка “Об обращении небесных сфер” и смело выступил против взглядов Арістотеля, указывая на их наивность и несоответствие с данными наблюдений. Заподозренный в ереси, Бруно убежал из монастыря, оставил Италию и с 1574 по 1591 г. слонялся по разным странам Европы, побывал в Швейцарии, Франции, Англии и Германии.

В это время Бруно пишет свои славные книги, с блеском выступает в диспутах, и везде наконец его заставляют прекратить пропагандирование своих идей. Сановник, который давал со временем вывод о его еретической деятельности, писал, что это “один из выдающихся умов, которые можно себе лишь вообразить, человек незаурядной начитанности и огромных знаний”.

Бруно решительно выступил против церкви и религии вообще, он считал их найсерйознішою препятствием на пути развития науки. Возвратив к Италии, он очень быстро попал в сети инквизиции и после семилетнего пребывания в тюрьмах сошел на костер.

На мысль многих биографов Бруно, он, возможно, и не погиб бы на костре, если бы не его выступления против монастырских прибылей и имений, не требовал их конфіскування. Именно на этом вопросе, как вытекает из протоколов допросов, инквизиторы сосредоточили свое основное внимание. Как известно, на судебном процессе об учении Коперника язык вообще не шел. Как заметил известный английский астрофизик Дж. X. Джінс (1877-1946), церковь осудила Бруно за его учение о множественности миров, так как, дескать, “тяжело вообразить себе, что церковь могла бы сделать другое, поскольку казалось совсем нечестивым припускать, что большая драма падения человека и его искупления, в котором принимал участие сын божий, могла состояться на какой-то малой сцене, а не в центре вселенной”.

Первая из больших книг Джордано Бруно “Банкет на пепле” вышла в Англии 1584 г. Она состоит из пяти диалогов, которые ведут четыре співбесідники, и посвященная главным образом пропаганде астрономических идей Коперника. Здесь Бруно высказывает свои взгляды о беспредельности Вселенной, о бесчисленности миров. Эти идеи он развил дальше в книгах “О причине, начале и едином” (1584 г.), “О беспредельности, вселенной и мирах” (1584 г.) и “О неизмеримом и бесчисленном” (1591 г.). В этих книгах Бруно выступает как один из основоположников современного материалистического природоведения, излагая учение о материальном единстве мира, безграничного в пространстве и времени.

Послушаем передовсім, что говорил Джордано Бруно о Коперника и его учение: “Этот человек не низший ни одного из астрономов, которые были до него, если не говорить о последовательности во времени, человек, который за естественным благоразумием стояла намного выше Птолемея, Гіппарха, Евдокса и всех других, что шли их по следам. Ему мы обязаны освобождениям от некоторых фальшивых предположений общей вульгарной философии, если не сказать, от слепоты. Тем не менее он недалеко от нее отошел, поскольку, знавая математику больше чем природу, не мог настолько углубиться и проникнуть в последнюю, чтобы уничтожить корни нерешительностей и фальшивых принципов, чем целиком отстранил бы все противодействующие трудности, освободил бы себя и других от многих ненужных исследований и фиксировал бы внимание на делах постоянных и определенных. При всем этом кто может сполна превознести большой дух его, который обращая мало внимания на глупую массу, крепко стоял против течения противоположной веры и, кто почти не был вооружен живыми доказательствами, все же, подбирая никчемные и заржавевшие обломки, которые можно получить из рук давности, сызнова их обработал, соединил и настолько соединил своей больше математической, чем естественно-научным языком, который превратил дело, которое было смешной, низкой и пренебреженной, на дело уважительную, ценную... Кто же будет настолько подлым и невежливым относительно работы этого человека, который, даже если забыть то, что она сделала, была посланная богами, как рассвет, который должен был предшествовать лестничные солнца настоящей античной философии, на протяжении возрастов похороненной в темных пещерах слепоты и злого, бесстыдного, завистливого невежества; кто пожелает, обращая внимание на то, что она не могла сделать, быстрее поместить ее в ряды стадной массы, которая бежит, которую ведут и которая падает вследствие послуха грубой и низкой вере, чем включить в число тех, которые могли подняться благодаря своему счастливому уму...”

О себе и о своем учении Бруно, убрав имя Ноланець, говорит устами одного из собеседников:“Ноланець... перед лицом здравого смысла ключом найстаранніших исследований открыл те приюты истины, которые могут быть нами выявленные, оголил скрытую под покровом природу, вскрыша глаза у кротов, вылечил слепых, которые не могли поднять глаза, чтобы глянуть на свой образ в зеркалах, которые со всех сторон окружали их, решил язык в немых, которые не умели и не могли осуществить этот рывок духа вперед,.. это он заставил людей побывать на Солнце, Луне и других упомянутых светилах, будто бы то люди были их первоначальными жителями; он показал, насколько подобные и неподобные, большие или худшие тела, которые видно как отдалены от того тела, на котором находимся мы самые; он открыл нам глаза, чтобы мы увидели то божество, эту нашу мать, которая на своем позвоночнике кормит и питает нас...